marinayomyom
счастливая
перед полётом мы смотрим фотографии башен-близнецов petronas и планируем непременно попробовать на улицах рис в банановых листьях. мы ещё не знаем, что даже не выйдем за пределы аэропорта.

мы приземляемся в куала-лумпур около полуночи. в очереди на паспортном контроле столько необычных людей: азиаты и европейцы, индус в белой накидке, он идёт по бетонному полу босиком. мне нравится эта многонациональность, нравится смотреть по сторонам. малазийки все маленького роста и пухленькие, все в тёмно-серых платках. девочка на паспортном контроле смотрит в наши паспорта и хмурится:
- где штамп из страны выезда?
мне не нравится этот вопрос, потому что штамп - в израильских паспортах, которые мы спрятали на самое дно рюкзака, потому что с этим паспортом въезд в страну запрещён. полминуты на раздумья - и девочка уже отводит нас в сторону, где её начальник объясняет: въехать в страну мы не можем. мы полчаса пытаемся доказать, что мы гражданки россии и беларуси, но суровые малазийцы непреклонны. я хорошо знаю процесс депортации и знаю, что нас ожидает возвращение в манилу на ближайшем рейсе.
охранник уводит нас в следующую комнату и забирает под расписку телефоны и планшеты.
ждём.
охранники не говорят между собой на английском, они не скрывают непрязни и не дают никакой информации.
отводят в камеру хранения, где мы оставляем все личные вещи. разрешают взять с собой только еду, тёплые вещи и предметы гигиены, проверяют сумки.
мы оказываемся перед дверью иммиграционной тюрьмы - места, где нам полагается ждать нашего вылета. на входе - решётки. комната - кубик из бетона, в дальнем правом углу за бетонной перегородкой - две дырки в полу и душ над ними. нет мебели, нет стульев. слева - картонки на полу, на картонках спят девочки-азиатки, я предполагаю, вьетнамки и китаянки. холодно. вижу таракана на полу. охранники курят снаружи и дым тянется в камеру. девочка-охранница смеётся: видите? я не закрываю дверь на ключ, значит это не тюрьма. можем ли мы выйти? нет.

мы здесь уже час. мы невероятно уставшие после целого дня на ногах, я засыпаю на 15 минут на картонке, но просыпаюсь от холода. мы хотим выйти. очень холодно.
вика подзывает охранницу.
я прошу дать нам хоть какую-то информацию, почему мы здесь, сколько мы здесь, когда обратный рейс.
охранница говорит, что ничего не знает и отворачивается.
я повышаю голос. мне очень холодно и очень болит спина. какого чёрта здесь нет ни одного стула? какого чёрта я должна сидеть на холодном полу? почему с нами здесь обращаются как с преступниками? why r u treating us like animals?
один из охранников отрывается от монитора и подходит к решётке вплотную.
- через час начинается моя смена, и я покажу вам, что значит обращаться как с животными.
мне уже представляется, как нас бьют ногами по почкам. страшно и кажется, что всё это страшный сон.
- окей, - говорю я. - мы гражданки беларуси и россии и мы хотим поговорить с представителем посольства.
охранники хихикают и уходят.

через десять минут дверь открывается и нас зовут наружу. здесь угрожавший нам охранник и девочка, которую мы раньше не видели. она необычно вежлива и многословна. объясняет, что рейса нужно ждать до вечера. нас оставляют в комнате, где есть стулья! разрешают прогуляться по аэропорту. не отдают ни паспорта, ни телефоны, ни личные вещи. страшный охранник покупает нам кофе. всё ещё очень холодно, но теперь есть где сидеть. за эти почти 20 часов мы вспоминаем все словесные игры, все игры с бумагой и ручкой. рисуем на руках татуировки "витя" и "киря". два раза нам приносят обед из местной сети. нам удаётся подремать на стульях.

в 23:00 представитель авиакомпании сопровождает нас на рейс.
мы возвращаемся в манилу и покупаем билеты на ближайший рейс на бали. через 16 часов.

трое суток мы спали сидя. трое суток не мылись. трое суток между манилой и бали.
холодный душ в первом же хостеле и скрипящая кровать становятся предвестниками рая.