Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: yom yom (список заголовков)
00:26 

день 103

счастливая
Это были, кажется, самые лучшие сутки здесь, с момента моего приезда в Минск. Целый день - солнце, и мы с А. гуляем, бесконечно ходим пешком по раскаленному проспекту, а потом прячемся от жары в парке, в охапках свежих и прозрачных еще зеленых листьев, а солнце достает нас и здесь и щекочет горячими лучами сквозь дырявое зеленое покрывало. Покупаем мороженое, у меня - киви и фисташка, я ем эти шарики бесконечно долго. Обсуждаем какую-то ерунду вроде государственной экономики, но я понимаю, что вот этот момент, когда вся серость, что давила на меня здесть, вдруг прошла как пыльная буря, и песок осел на асфальт, и солнце снова стало ясным, потому что кто-то так же светел, как и солнце.
А вечером поехали на дачу. Люблю это место невероятно. Выходишь из электрички - и вдруг происходит что-то невероятное, стоит только вдохнуть этот воздух, чистый, легкий, без капли городской пыли и гари; здесь полевые запахи, влажная свежесть озера, тянется дым от чьей-то печи или костра. Когда-то в детстве мне приснилась глвная героиня австралийского сериала "Девочка и океан" и сказала: "Это место называется "Остров кувшинок". И я ей поверила. И каждый раз, глядя на крошечные золотые короны-кувшинки на озере под нашими окнами, вспоминала это.
А небо - глубокое, ясное, усыпано звездами, лучше всего здесь видно Кассиопею - только ее да Медведицу знала в детстве, - и под этими звездами наш костер - у нас настоящая Вальпургиевая ночь. Шабаш! А я ведьмочка, шепчу заклинания, затягиваю всех в мистический туман, превращаю обычный вечер в волшебный. Леша поет немецкие песни, я - израильские, птицы - свои рассветные птичьи.
Утром мы идем в волшебный лес. Мягкий мох под ногами словно связан крючком из воздушной, тонкой, пушистой пряжи с запутавшимися узелками молодого папоротника и украшен бусинами весенних цветов - белыми, сиреневыми. Паучок-аэронавт летит и задевает мою шею. Мне нравится пробираться через ветки и листья, я отодвигаю их в сторону будто открываю одну за другой калитки волшебного леса.
Здравствуй, лес.

@темы: yom yom, волшебные люди

16:15 

день 102

счастливая
В Минске неожиданно тепло. Вдруг так резко все изменилось, теперь я высовываюсь в окно кухни и с трудом вижу сквозь листву на противоположной стороне дороги; словно ниоткуда появилась трава, крохотные зеленые почки расправляют свои листочки-крылья, мои любимые - каштановые. У них липкие коричневые скоролупки, а из них вырастают, распрямляют свои шеи маленькие зеленые драконы - каштановые листья, по пять драконьих голов на каждом тельце. Гуляем вечером - вдруг город совсем изменился, все сменили зимнюю маскировочную шерстку на летние платья; по улицам все ходят слишком нарядные, не понимают разницы между походом в дорогой ресторан и прогулкой по проспекту. Столько велосипедистов - только успевай уворачиваться от них на тротуаре, два года назад это только входило в моду. Как всегда под вечер душно пахнет черемуха - она такая девушка в цветастом сарафане, и духи у нее сладкие, тяжелые. В парке Горького стоят телескопы - чтоб посмотреть на звезды нужно выстоять очередь, но у входа приятное оживление, очень много людей. А колесо обозрения стоит всего лишь 6 000, помню, когда я училась на первом курсе колледжа, подняться в воздух стоило 4 400, кажется, его не затронул кризис.

@темы: yom yom

00:18 

день 100 (первый трехзначный!)

счастливая
Вчера - наконец солнце! "Ты наша королева солнца!" - пишет Инна, и я окунаюсь в него с головой - выныриваю, отряхиваюсь, зажмуривая глаза, разбрасываю солнечные капли, выжимаю намокшие солнцем волосы, и солнечное золото стекает к самым кончикам и остается в них, застывает.
Мы с папой выходим из дома в полдень и не возвращаемся до самого вечера: целый день шатаемся по Полоцку, видим в прогнозе на завтра дождь и продлеваем сегодняшний день до бесконечности.
Заглядываем во все кафе из детства, а потом спускаемся к самой реке, устраиваемся на берегу, сидим прямо на траве - земля уже теплеет - и я подставляю лицо солнцу, снова проявляются мои веснушки. И у реки тоже тысячи веснушек, течение сильное, вода беспокойная, и на ней - солнечные веснушки, светятся, подмигивают, будто тысячи маленьких золотых рыбок одновременно показывают из воды свои блестящие спины на мгновение, а течение несет по реке ветки, деревяшки, хворост, гнезда и целые острова.
Переходим через канатный мост, попадаем в частный сектор. Старые полоцкие домики - одно большое разноцветное одеяло, пэчворк. Домики одеты все по самой модной тенденции color blocking и в самые актуальные цвета, но строго следуют полоцкому стилю - узкие окошки веранды, как леденцовые в домике колдуньи у Гензеля и Гретель; а еще принарядились в резные окошки - как актуальные воротнички - и прикалывают брошки.
А вечером мы делаем на ужин курицу с апельсинами и пьем бальзам - оба имбирные, пряные, вечерние. И сегодня уже невероятный ветер, а в квартире тепло, и пахнет дымом; через дорогу топят печи в деревянных домах, а у нас кондиционер, и из него пахнет сауной.



@темы: pics, yom yom

16:28 

день 99

счастливая
Ехала к папе в Полоцк. Дорога казалась мне абсолютным кошмаром. Окна запаяны насмерть, кружевные занавесочки мне знакомы с самого детства, и, наверное, палочка, на которой они держатся, обязательно выпадет, если попытаться раздвинуть или задвинуть эти занавески. Кажется, в тамбуре кто-то курит, потому что тянет сигаретный дым, этот невыносимый запах в замкнутом пространстве.
Но потом, отдышавшись у единственного открывающегося окна, я поняла, что Мариенгоф был лучшим выбором в поезд. Книга о Есенине как нельзя лучше подходила к пейзажу за окном: деревни, маленькие эти покосившиеся домики, березы по колено в талой воде, тусклые ржавые поля; и это был мне ключ, как относиться ко всему происходящему и ко всему, что я вижу. И тогда, вдруг, в подтверждение моей правоты вместо какого-то треша по радио Арбенина запела Цветаеву.






@темы: pics, yom yom

02:38 

дни 98

счастливая
Ничего не пишу, потому что не получается. Дни вязкие, не разделяются, сливаются в один огромный "временной отрезок". Во всей этой поездке доминирует тотальное недопонимание. Вот этот город, родной и знакомый, но погребенный под грудой мрамора, гиперболические дворцы, величественные ступени мавзолея у обычного гастронома, пост-советский реализм, все огромное - широкие улицы, светофор отсчитывает 48 секунд - и мне не хватает их, чтоб перейти дорогу. У нашего дома по ночам всегда тихо, деликатно светят фонари, создают мистическую дымку. Вот эти люди, которые боятся самих себя, которые не говорят правду и впадают в спячку; те, что даже не знают, что бывает что-то еще и не пытающиеся узнать. Вот эта погода, когда вдруг в апреле идет снег; я как вампир наоборот: пока здесь холодно, я с трудом выхожу из дома, да что там, из кровати даже, а вот сейчас наконец появилось солнце, и теперь можно смотреть на него и шуриться, оно все еще зимнее, но уже солнце.
Все наполнено холодом - мы пьем глинтвейн с ромом, медовый сбитень и бесконечный чай в маленьких заварочных чайниках, стаканы воды у кровати, смородиновый рижский бальзам.
Я даже не знаю, кажется, мои розовые очки не видят в темноте совсем.





@темы: yom yom, pics

02:14 

день 96

счастливая
В моем мире нет границ. Города и страны, климатические пояса, все смешивается, взбалтывается, сливается, размывается, перетекает из одного в другое и несет неконтролируемым потоком вместе с собой; тут человек движется сквозь время и пространство, смешивается с воздухом, меняет цвет; здесь все непостоянно, движется и изменяется. В один день я еще здесь, в одном мире, мы гуляем по парку, мне нравятся узловатые деревья, больше всего на свете хочется взобраться повыше, цепляясь за ветки, я вспоминаю, как в детстве падала с дерева в заросли крапивы; в траве прячутся васильки, они цветы-стрелочки, указывают вперед, а впереди - васильковое море, его видно издали сквозь деревья: они словно вырезаны из тонкой бумаги, трепещат на ветру - такие картины с тонкими ажурными узорами когда-то привозила мама из Китая.
Потом волшебное kobe beef в аргентинском ресторане, и единственная лампа, которая не горит, естественно, у нашего столика, и чья-то кружка в горох, оставленная во дворе, круглое зеркало и холодный закат.
И вдруг - небо, и подо мной снова бисерная паутинка городских огней; момент, когда самолет начинает разгоняться - самый волшебный. Сон стирает границы окончательно, и вдруг становится холодно и непривычно, Минск затянут в пуховый платок, люди не смотрят друг другу в глаза и не улыбаются, и от холодного ветра в лицо мне тоже хочется спрятаться в шарф.

У меня акклиматизация)


@темы: yom yom

14:31 

день 95

счастливая
Последний раз я видела снег в феврале 2010-го, тогда я улетала в Израиль и уже перед самолетом распрощалась со своими зимними сапогами и дубленкой. И здесь в Израиле это казалось абсолютно нереальным. Оно и правда было нереальным, когда мы садились в машину - была еще весна, небо было затянуто темно-серыми тучами, но сквозь них пробивалось солнце, и все вокруг было ярким, мокрым акварельным, сияло и искрилось; вокруг дороги все цветет розовым, белым, нежно-зеленым, все присыпано солнечной пудрой, колышется и расцветает среди изумрудной зелени и почти драгоценных камней; я срываю у дороги анемоны и зеленые колоски и превращаюсь в картину Моне.



Потом мы движемся назад во времени. Возвращаемся в раннюю весну, когда все сырое, снег только-только сходит и у дороги лежат его островки, здесь они какие-то нереальные, непривычные.
А впереди уже виднеется зима. После очередного поворота вдруг появляются огромные заснеженные горы, они абсолютно белые, шерстяные, а верхушки их утопают в шапках из облаков - мне не терпится выйти на улицу и потрогать снег - это похоже на какую-то другую реальность.
Снег не мягкий, а как в конце зимы - мокрый, колючий, ледяной. Хочется носиться кругами, проваливаться в снег и бесконечно брать его в руки, но еще больше хочется наверх - высота 2100 м прячется в облаке, подняться на фуникулере - как отправиться в ничто. Когда я читала "Бесконечную книгу" Энде, я именно таким представляла ничто, только в моем представлении в нем невозможно было почувствовать ни жар, ни холод, в нем вообще невозможно было почувствовать, ты просто растворялся в нем, а здесь было адски холодно!



На самой верхушке, казалось, не было ничего прекрасней стаканчика какао и обогревателя, а на обратной дороге все встречные ветра обрушились на нас, все микроградинки, созданные из тумана и поднявшиеся с земли, напали на путников, которые как будто утонули в гигантском стакане с молоком, в который кто-то огромный насыпал ложку сахара и перемешал, и эту крошки сахара, поднявшиеся с ветром в бурю окружили и заставили прятаться в шарф, в рукава.

А на обратной дороге в Хайфу - еще шаг назад, осень. Льет дождь, размывает акварельные верхушки серо-зеленых гор, они нарисованы "по мокрому" и растекаются по небу-холсту.

Вижу радугу. Две. Даже три. Какой же хороший день!

@темы: yom yom, pics

05:53 

день 94

счастливая
Я дома. И нет места лучше дома.
За окном утихает ветер, это значит - весна здесь. По утрам у нас всегда солнце, и даже если потом небо затянуто тучами и моросит дождь, но в 6 утра в мое окно всегда светит солнце. По вечерам, когда уже темно, я люблю что-нибудь готовить и заходить на кухню не включая свет - от газовой плиты отражается синий свет, он немного похож на инопланетный и, прежде чем включить свет и перемешать какие-нибудь макароны, мне нравится смотреть на это свечение. В почтовом ящике ворох посткроссинговых открыток. На открытке из Финляндии потрясающая марка - с северным сиянием и необычной типографикой.
Вселенная меня слышит. Я запрашиваю адреса для открыток и думаю про себя: "Хорошо бы отправить в Австралию" - 53-летний австралиец выпадает пятым из пяти. Дэмчик приносит пакет анисовых карамелек, о которых я мечтала утром. Монетка падает решкой вверх. Мне страшно, и если получится, то все очень изменится.

Моя мысль - следовать мечте.

Моя музыка:



Это я.

@темы: yom yom

05:44 

день 93

счастливая
У меня очки с синими стеклами - получается фокус. Я снимаю их, и оказывается, что песок желтый, умытая охра, ветром намело тонкий слой песчинок вместе с сухой морской солью - будто иней; море - бирюзовое у берега и сине-фиолетовое у горизонта, а небо - цвета пера чайки, и сама чайка теряется в нем.
А сквозь стекла все сливается в синий холодный туман, и сквозь него я только слышу, как море шуршит тихо, по-февральски, неслышно подкрадывается к ногам, и сегодня оно только мое; я могу написать целую книгу о море, о том как оно шепчет и движется, о мелких соленых каплях в воздухе и о ритме движения; о том, как волна приближается к берегу и перед тем как разбиться - она словно застывший кристалл аквамарина, и о том, что лодка плывет совсем близко к берегу, маленькая рабочая лодка цветом точно как мое платье - темно-синяя (Navy).

@темы: yom yom

18:58 

ночь 92

счастливая
Не успела я написать о моей любви к газетам, как у меня появилась возможность тоже разок побыть почтовой совой, и со всей своей любовью к неизведанному, конечно, я ее не упустила. Три часа утра - мы уже на улице, курьеры привозят газеты стопками, раскладывают на площади. Сегодня пятница, а значит будет что почитать - шабатний выпуск огромный, со всеми его вкладками, приложениями, идеями на ту би-шват, красивыми цветными интерьерами, отчетами о новых дорожных камерах и статьей про Лану дель Рей, ну непременно же. Я собираю их всех в одчьюну плотненькую стопку и разбрасываю по пакетам - и псле этого многократного листания руки все в типографской краске.
А ночью везде тихо и необычно. Некоторые подписчики просят прятать газеты в ящик с электрощитком. Во всех подъездах пахнет лавандой, висят колокольчики, фотографии Илана Рамона и каких-то красивых израильских и не только видов, стоят вазы, подсвечники, цветы. И я - почтовая сова.
У-у-у.

@темы: yom yom

02:52 

утро 91

счастливая
6 часов утра, еще темно и холодно, на мне два слоя всякой вязаной одежки, я иду на поезд. На станции ждем, прячемся от ветра в подземном переходе, все пассажиры - сбившиеся стайкой городские голуби. И все читают утренние газеты - я просто обожаю эту бумагу, это шуршание листов, когда переворачивают страницу, обожаю разносчиков в красной форме и непременно красных кепках - утренние дятлы стучат нам в двери: "Новое утро!". Эти осязаемые новости, их можно прочесть и потрогать, понюхать и услышать, они переходят из рук в руки и оставляют запах типографской краски.
И за окном снова начался дождь, я слышу его сквозь музыку в наушниках, а на втором этаже поезда уютно и тепло. Радио у меня как обычно работает только до Биньямины - непонятно почему, - поэтому я достаю книжку. А за окном уже светает.

@темы: yom yom

20:37 

день 90

счастливая
Январь, особенно его вторая половина, - самое холодное время. Сплю под тремя одеялами и использую кота в качестве грелки или муфты; все время хочется пить чай или горячее молоко и закутываться в два свитера. На столе две шоколадки: с мятой и апельсином, и я разворачиваю фольгу на мятной - она какая-то более зимняя. Посылки приходят мне в конвертах, уплотненных мягким белым материалом, и я вырезаю из него снежинки.

А сегодня - совсем умопомрачение, и небо посылает нам настоящую зиму, такую, что грохочет по окнам, и я мгновенно выбираюсь из-под одеял, натягиваю свитер прямо на пижаму и вылетаю на улицу, пока зима не растаяла, чтоб ее увидеть, потрогать и запомнить до следующего погодного катаклизма - это же почти снег!








@темы: yom yom, pics

01:06 

день 89

счастливая
А я все ношусь по дождем, и как всегда одета не по погоде - у меня шерстяное платье, в нем тепло, но сыро. И я быстрым шагом иду от остановки, а меня обгоняет дядечка на велосипеде, он весь спрятался под ярким желтым дождевиком, а в корзине на багажнике у него сельдерей - такая яркая связка, растопыривший листья взлохмаченный пучок, желтое и зеленое - такой неожиданный всплеск весенней энергии среди сизой паутины дождя, даже сощуриться хочется как от яркого солнца. И странно, он вместе с велосипедом пытается влезть в ту же дыру в заборе, что и я. А я бы на его месте объехала вокруг и вернулась домой похожей на лютик, таким, какой он бывает утром после дождя (а почему куриная слепота?).
А в книжном магазине распродажи, я возвращаюсь гордая, и у меня подмышкой прекрасная книга про освоение космоса (как же я люблю такие интерактивные!), и на очереди потрясающие арт-альбомы.







Мы пришли с миром, определенно.

@темы: yom yom, pics, books

04:00 

день 85

счастливая
Выходной - это всегда как маленький праздник. Я ждала его целую неделю, и когда заканчивается рабочий день (удивительно бездельный и приятный в этот раз), выдыхаю: выходной. Я в Петах-Тикве. Засыпая, мечтаю: завтра просплю весь день. Но в 9 утра меня будят голоса: конечно шумные Леша с Костей. Выхожу на кухню, ворчу: все те же лица, но в этот раз совсем не злюсь - выспалась. Мое утро начинается с молочного коктейля (порция молока, два яйца, взбитые с сахаром, палочка корицы, гвоздика, бадьян, медовый ликер, все подогрето и взбито) и Вивальди - я ищу идеальные сочетания. Такие как это молоко и скрипка, или такое как Кортасар и бессонница. Я читаю его "Rayuela" - "Игру в классики", и мне хочется, чтоб книга никогда не заканчивалась. Сначала Париж, бесконечный дождь и запах сырости, тесные комнаты, свечи и джаз, потом - Аргентина, невыносимая жара (как у нас летом?), белье, перетянутое между двумя домами через улицу, плетеные стулья, мате и "кладбище слов". Я читаю ее не слыша ничего вокруг, проваливаюсь, топчусь рядом с ними на безопасном расстоянии, подсматривая, погружаюсь, я могу идти по улице, зачитываясь, листая страницы на телефоне, и врезаться во встречных прохожих или скамейки - хотя чаще в прохожих: я достаточно хорошо знаю дорогу домой, чтоб научиться нутром чувствовать все встречные препятствия.
Днем Леша кормит меня супом - я выбираюсь с пиалой на улицу и сворачиваюсь клубочком на диване прямо на солнце - дом насквозь продрог и только здесь я снимаю шарф и рубашку: жарко, расслабляет.
А мятный кальян навевает грусть - он невероятной вкусный, легкий, воздушный, прохладный, запоняет легкие и голову прохладной грустью, впускает мысли - бледно-зеленые, густые, но свежие.

И вечер близится, и завтра на работу, и дома мы зажигаем три свечи - третий день Хануки.

@темы: books, yom yom

23:41 

день 83

счастливая
Мы едем на север. Рельеф и высоты вокруг изменились и виды вокруг абсолютно танахические - библейские: горы, камни, редкие низкие деревья, небо низкое и серое. Дорога идет то вверх, то вниз, мы только что поднялись на гору и теперь перед нами открывается вид на всю долину, впереди - горы, все дальше и выше, прячутся в дымке, серо-зеленые, мшистые. Внизу - перед нами рассыпались разноцветные домики какой-то арабской деревни - розовые, желтые, зеленые, похоже, будто мы смотрим на нарисованный город, вырезанный из бумаги и составленный в пластическую конструкцию, как в детских книжках, где ты открываешь разворот - и перед тобой вырастает целый мир, который прятался между страниц, пока книга была закрыта, и вдруг явился перед тобой, открыл ворота, доступные лишь для избранных. И мы ныряем в этот нарисованный город, проскальзывая сквозь его страницы. На выезде - начинаются поля, справа пасутся коровы, слева - лошади. Они все теплых шоколадных цветов - бронзовые, ржавые, медные оттенки. Дорога петляет и приводит нас в маленькое поселение - Амирим. Нас ждет наш домик - весь построен из дерева, теплый и уютный. Здесь раньше становится холодно и он прячет нас и согревает до утра.

А утром - солнце заглядывает в наши окна, прорывается сквозь жалюзи, заставляет распахнуть окна и выйти на балкон с вином и фруктовым салатом. Деревянный пол нагрелся - можно идти босиком. К нам на балкон приходят гости - все окрестные коты. Они ласковые, бродят по домику в поисках еды, потом устраиваются на балконе, подставляя бока солнцу.

А мы едем дальше. На лобовое стелко упала веточка с сухими листьями - это так по-осеннему, и она будет напоминать мне об осени и холодном ветре, пока ее не сдует на резком повороте.
Теперь мы останавливаемся у горной речки - это Снир, я уже третий раз в этом месте, кажется. И здесь снова осень - в воде плавают золотые листья, а в воздухе - паутинки.
После остановки - только вперед, все выше и северней: мы едем на Хермон. Дорога становится все более извилистой, перед нами снова горы, теперь они глотают нас. За окном вдруг - зима, воздух холодный, изо рта идет пар, и щиплет в носу. Снега по-прежнему нет, но снегоходы выстроились у въезда и строители тестируют фуникулер. Я пока еще совершенно не представляю снег в этом месте, но очень хочу увидеть. Пока я меняю тельняжку на теплый свитер и мы поднимаемся вверх, карабкаемся по склонам, топчем дорожки, рассматриваем мох и необычные камни. И прямо перед нами заходит солнце. Мы поспешим спуститься, чтоб не ехать по серпантину в полной темноте, и уже потом, когда стемнеет, снизу, с дороги, огоньки этих поселений на горном хребте будут казаться гирляндой, натянутой вдоль улицы.









@темы: yom yom, pics

23:24 

день 81

счастливая
- На улице так холодно, я вернулась взять пиджак, - говорит гостья в отеле. - Здесь такая погода, никогда ее не угадаешь, так быстро она меняется.
- Это Израиль, - я понимающе киваю.
Эта женщина - первая в жизни встреченная мной бахаи. В возрасте, седые волосы, короткая стрижка, приятная внешность, аккуратный английский, вежливая, улыбающаяся. В номере - штатив, занавески всегда распахнуты, балкон с видом на залив и на порт. На столе - разноцветные четки и амулеты и бахайские молитвенники - на обложке причудливые рисунки и надписи.
Погода и правда меняется. Сильный ветер с моря. Оно неравномерное, мятое, похоже на целлофан или бумагу, волны у берега - лохматые, потрепанные оборванные края, бесконечные частые барашки по всей поверхности - как изломы, царапины, следы рук, которые мяли бумагу, прожилки, катышки. Отсюда сверху сильно видна разница глубин и платов воды - море то синее, то темно-зеленое, то черное чернильное, а то ржавое рыжее. Если стоять у самой воды, видно как ветер срывает пену с волн и кажется, что воды дымится.
И ветер принес дождь. Туман медленно ползет по горе Кармель, вплетаясь между домами и деревьями. Здесь зелено, и он похож на новогоднюю вату между еловыми лапками, которая изображает снег в праздничных украшениях, или на крем в торте "Наполеон", который густо стекает между коржами, пропитывая сладостью.

В такую погоду лучше всего пишутся сказки.

@темы: yom yom

23:12 

день 80

счастливая
Мы - морские котики, капитаны дальнего плаванья, исследователи, охотники за сокровищами.
Мы дышим просоленным воздухом, мы впитываем его легкими, кожей. Ветер путается в волосах, они становятся жесткими, лохматыми, солеными, сами завязываются в пучок - я израильтянка.
Облизываю губы - соленые.
Вода здесь невероятно чистая, темно-лазурная. Мы идем по маленькому причалу, где привязаны лодки, а мужчина с мальчиком ловят рыбу. Рыба стоит прямо у самой кромки воды - косяками, темными облаками в воде, стоит дымом в воде и колышется от ветра. Я боюсь их спугнуть - и тогда блестящими смоляными спинами они сверкнут и пропадут под каменным берегом.
Лодки тоже пахнут рыбой - они покрыты крупной плотной сеткой, но ворон все равно чувствует запах изнутри, он садится на сеть и пытается разорвать ее своим угольным клювом. Он такой лохматый и взъерошенный - похож на нас, мы как птицы на сильном ветру, нам не победить его, и он несет нас, подхватывает в свои вихри, а нам остается только расправить крылья и поддаться течению.
Руины тоже просолены до самого своего основания - Кейсария - спускаемся в город по самому обрыву и со смотровой площадки - в море, куда не пойдет ни один турист, только местные дети и одинокая белая цапля ловят рыбу. Мы снова как птицы - как цапля - осторожно перешагиваем с камня на камень, перепрыгиваем, где вода шире чем шаг, забираемся на самые высокие вершины, где ветер такой сильный, что, кажется, вот-вот сдует.
И потом начинается дождь. Мы прячемся под крышей на Кошачьем дворе - חצר החתולים - кажется, все коты тоже спрятались от дождя, только один украдкой доедает свой корм, смотрит на нас с опаской.
А потом мы снова спускаемся к самому морю - весь берег усыпан ракушками, мы зарываемся в самый песок, чтоб найти самый красивые - песок везде: между пальцами, в отворотах брюк, в волосах, в обуви - и мы вознаграждены самыми красивыми ракушками со всего побережья. Мы складываем их в сокровищницу и будем беречь, чтоб довезти до самого дома, чего бы это ни стоило.

И день такой длинный, и воздух такой соленый, и мы такие счастливые. И мой золотой компас указывает на юг.

@темы: yom yom

01:43 

день 79

счастливая
В этом весь Израиль - никто не относится к погоде одинаково. Осень и весна, этот демисезон, такие неоднозначные, что все воспринимают их по-своему. Есть те, для кого ветер уже холодный (это я), и они отправляют босоножки в шкаф, надевают мягкие сапожки, прячутся в куртки и кардиганы и покупают меховые уши. А есть те, для кого солнце еще яркое, и они ходят по улице во вьетнамках, майках и шортах.
В феврале - наоборот. Школьницы надевают угги к легким платьицам, но их можно понять - им тоже хочется почувствовать зиму.
Зато у меня в наушниках играет мое любимое радио, я улыбаюсь и смотрю по сторонам. На козырьке кафе спит кот - прямо как у парижской "патисьери". Я поднимаю руку и встаю на цыпочки - так достаю до ветки, срываю цветок с дерева и вплетаю в волосы. Он потом улетит, когда я буду переходить дорогу, но до самого светофора я распускаюсь, я дарю себя прохожим.

@темы: yom yom

23:17 

день 78

счастливая
Осень все-таки побеждает, берет свое.
У меня появляются новые свитера, море похоже на ртуть, воздух по утрам холодный, холодно просыпаться и выпускать кончики пальцев на ногах из сонного теплого плена одеяла ступать на холодную плитку.
Мы едем из центра на север ранним-ранним утром, когда мы выезжаем, еще нет шести часов.
У Андрея теплая клетчатая рубашка, я тоже ужасно хочу себе такую, но пока молчу. У меня - чернильного цвета вязаная накидка, я кутаюсь в нее, включаем в машине печку.
Слева - темное небо, стянуто тучами такого же цвета, как моя накидка. Выглядит грозно, глухо, по-ночному, по-совиному. Справа - рассвет. На весь пейзаж из окна как будто положили оранжево-фиолетовый градиент из стандартной палитры. Солнце еще низко, оно прорывается сквозь деревья, дома на горизонте, светит вспышками и вспышками освещает лицо Андрея - я смотрю на него, и мне кажется, он похож на лампочку, которая то вспыхивает ярким золотисто-оранжевым светом, то гаснет в каком-то определенном ритме. Я пытаюсь его поймать, проговорить про себя, но он теряется, и мелодию я не слышу.
Ровно на самой середине пути из Петах-Тиквы в Хайфу - прямо на берегу, кажется, электростанция. Она больше похожа на инопланетно-космическую стоянку - огромная плетеная конструкция усыпана огоньками и рядом даже есть причал - он уходит в море как в космос.
А вечерами у нас ужины: мы то совсем наглеем, и запиваем вином сырокопченую колбасу, то варим курицу в волшебном зелье. Зелье бурлит и пузырится, и наш ужин становится фиолетового цвета, совсем как те облака рано утром.

Так много всего изменилось. Я немножко чувствую себя фойеровским Оскаром Шеллом. Правда, его волшебная изобретательность досталась не мне, но зато кому-то, кто теперь очень близко. А у меня есть ключ. У Оскара был конверт и "Блэк", и в конце концов он нашел то, что искал. У меня пока нет ничего, что подсказало бы мне, какие 11 тысяч дверей нужно попробовать им открыть, но я бережно ношу его на связке с ключами и знаю, что когда-нибудь я тоже дойду до самого финиша.

@темы: yom yom

21:38 

день 77

счастливая
Цфат - это один из тех городов, куда все время хочется вернуться. Вернуться в его старый город, где на белокаменных стенах видны остатки небесно-голубой штукатурки, где ставни и деревянные двери в воротах тоже выкрашены лазурью и ультрамарином, от чего в городе так легко дышится; где можно срывать виноград из проемов арок, он несладкий, но спелый, налитый солнечным светом, золотой; где во дворах перестукиваются колокольчики от ветра - деревянные, медные, - подпевают мелодии города; где каждый рисунок на стенке или будке с проводами - это окошко в другой мир; где женщины садятся в машины и уезжают на работу, а папашки с детьми стоят у крыльца и машут им руками.
Мы встречали рассвет на крыше прекрасного недостроя - даже кажется удивительным, что тут, в Цфате, тоже есть объекты урбан-романтики, которые я так люблю. Когда я оказываюсь в таких местах, всегда вспоминаю конец первого курса, когда мы только освоились в Вильнюсе, как-то приехали в Минск на выходных и вместе с Сережей, легендарным Сычевым, Пашей и Лизой встречали рассвет в таком же полупостроенном доме. Это была весна, ночи были очень холодными, мы разожгли костер, благо, деревяшек и прочих стройматериалов хватало, сидели рядом, ждали солнца и вслух читали русско-литовский разговорник, познавая неведомый нам язык.
На верху города есть парк, в котором мы нашли невероятную пещеру. Входить туда страшно, в абсолютной темноте не слышно ничего, кроме шагов того, кто рядом. В конце - колодец с маленьким окошком света в потолке. Акустика там - идеальная, от звуков кружится голова. Хочется, чтоб время остановилось, хочется стоять в самом центре и слушать тишину.
На завтрак - кофе у маленького ресторана, мы за столиком в тени, а прямо перед нами - деревянные двери, снова пронзительно голубого цвета.

В прошлый раз, когда я была здесь, меня принимали за одинокую туристку. Я знала на иврите слова "здравствуйте", "спасибо" и "соль". Я попала в гости к престарелому ортодоксу, ела фаршированную рыбу, пила вино и в первый раз увидела маленькие дома старого города - настоящие пещеры
В следующий раз я обязательно покажу фотографии.
А в этот раз со мной были очень милые, хоть и очень уставшие люди. Моя кривая антисоциальности снова неумолимо ползет вниз к своему отрицательному значению :)

@темы: yom yom

чтоб не забыть

главная